Чукча-читатель 2013, часть 2

>>>Продолжение>>>

В очередной раз попробовал освежить знакомство с отечественной фантастикой. Попалось под руку вот что:

Святослав Логинов, "Многорукий бог далайна"
В целом понравилось, хотя не уверен, что буду перечитывать. Мрачновато как-то, много Мальтуса и Маркса и маловато порядочных героев. Хотя идея и антураж весьма оригинальные - этакое дальневосточное фентези в стиле "монгол-панк" (или "китай-панк")
Когда бог Тэнгэр творил мир, он по просьбе многорукого демона Ёроол-Гуя сотворил ему прямоугольный далайн, общирный и не имеющий дна, наполненный водой, чтобы Ёроол-Гуй мог плавать там, сколько захочет. А посреди далайна Тэнгэр воздвиг квадратный оройхон, на котором поселил людей, и Ёроол-Гую было разрешено есть тех, до кого он сможет дотянуться. А еще Тэнгэр среди людей создал одного илбэча, которому дарована была сила поднимать посреди далайна новые оройхоны. С тех пор так и пошло: посреди далайна стоят оройхоны, на оройхонах живут люди. Кто на берегу живет, тех Ёроол-Гуй ест. Кто вдали от берега - тех система угнетает (а систем здесь, как рук у Ёроол-Гуя. Хотите, капитализм, хотите, коммунизм, хотите, теократия... много их...) В общем, всем невесело, а илбэчу больше всех.


Юлия Латынина, "Сто полей"

Наверное, это Гумилев так на постсоветского читателя повлиял - открыл ему Китай с его чиновниками и интригами, и показался этот Китай всем очень близким и знакомым. Вот и Латынина свой роман тоже написала в дальневосточном китайском антураже.
Собственно фантастическая в романе только завязка: корабль незадачливых межзвездных путешественников падает на неизвестную планету, добрую половину которой занимает Китайская Вейская империя. Путешественники пытаются улететь с планеты, а местные политики пытаются использовать пришельцев в своих грязных целях. О политических интригах и идет весь сказ.
Логинова роман напоминает не только по антуражу, но и по настроению.  Разве что здесь чуть меньше угнетаемых и чуть больше угнетателей.

Отдельно упомяну приквел к роману - небольшую "Повесть о золотом государе". Пожалуй, она понравилась чуть больше, чем роман - может быть, за "архаичный" слог и своеобразный юмор. Научной фантастики в ней нет и следа; с некоторой натяжкой ее можно отнести к фентези (среди действующих лиц и боги, и колдуны) - хотя по сути это все тот же рассказ о "большой политике", сиречь, грызне бульдогов под ковром, на ковре и вокруг ковра.  Сюжет пересказывать не буду, просто вставлю пару понравившихся цитат, они вполне настрой книги( передают )

Всего о Вейской империи Латынина написала шесть романов, но читать остальные мне пока не хочется.

PS Кстати, понял, почему мне "Fire Time" Андерсона нравится больше, чем, скажем, "Многорукий бог далайна".
Да, и там и там есть неразрешимые конфликты. И там и там есть война, есть борьба за жизнь и за ресурсы

Но герои Андерсона при всем при этом не лишены человеческих черт.
Аманак, предводитель северных варваров, столь же харизматичен и вызывает столько же уважения, сколько и Ларрека, командующий одним из легионов южан. Да, оба воины, оба привыкли убивать, оба бьются за "своих" и против "чужих", победа каждого может быть смертным приговором его противникам - и тем не менее они уважают друг друга, как уважали друг друга, скажем, Сципион и Ганнибал, и в поступках каждого есть свое благородство, и у каждого есть своя (хоть и по-разному понимаемая) честь. Они человечны (хотя и смахивают на кентавра с львиным телом и зеленый мшистой шкурой).

У героев же "Многорукого бога..." великодушие - исключение. Нечто, что дано немногим избранным положительным героям. И даже у них оно приправлено идеей "Кто жил и мыслил, тот не может в душе не презирать людей". А у отрицательных героев нет вообще ничего, кроме кучи низменных страстей.  (Иногда кажется, что бывает трудно признать за кем-то, кого считаешь плохим, какое-нибудь хорошее человеческое качество или какой-нибудь хороший поступок. Если уж плох - то плох во всем, по-другому не хочу!)

PPS Кстати, о том, что "бесчеловечность" в одном не исключает "человечности" в другом: недавно обсуждали как папуасы-людоеды жили со своим людоедством. В целом, неплохо жили, по-человечески.
(Не исключу, что они считали себя даже моральнее соседей не-людедов. В стиле "Мы хотя бы едим то, что убили, а они убивают для удовольствия")

>>>To be continued?>>>

О добре и зле

Кстати, о наших и не наших, своих и чужих, а также о добре и зле.

( Есть одна игрушка - ''Годвилль'' называется )

Есть там пара славных фраз (часть придумана специально для игры, часть откуда-то потырена), которые мне живо вспоминаются, лишь разговор заходит о том кто добрый, а кто злой.

Какой же этот монстр тупой! Он думает, что я - враг. А на самом-то деле враг это он!

Монстр приготовился к мучительной смерти. Но это добрая игра, и умер он по-доброму.

Я самый добрый! А если найдется кто-то добрее меня, я убью его и опять стану самым добрым.

Чукча-читатель 2013, часть 3

>>>Продолжение>>>

От соотечественников можно перейти к братьям-славянам.
В этом году я взялся поактивнее за польский язык. В основном, правда, не просто читал, а перечитывал (из не-фантастики - "Потоп" Сенкевича, из фантастики - несколько вещей Лема), но и со свеженьким Сапковским познакомился. Об этом поподробнее.

Andrzej Sapkowski, "Sezon Burz".
Как мы помним, в 90-е пан Анджей накатал многотомный сериал про ведьмака Геральта. На протяжении кучи рассказов и нескольких романов беловолосый борец с чудовищами шинковал в капусту всяческих монстров, мучался проблемами нравственного выбора, опять шинковал монстров в капусту, ужасался алчности и беспринципности политиков, шинковал монстров в Каккапусту, спасал прекрасных дев, шинковал монстров уже не в капусту, а в мелкую вермишель... и так постепенно добрался до самого конца сериала. Сапковский поставил жирную точку, заявил, что не будет писать ни сиквелов, ни приквелов и лет на десять с головой ушел в другой сериал (который я дважды начинал, но так и не вчитался...)
А по прошествии десяти лет Сапковский огляделся и решил таки возродить ведьмака. А так как и сиквелы, и приквелы он писать зарекся, то новый роман он вставил куда то в середину первого сборника рассказов, после последнего рассказа("Последнее желание", 1993) и перед первым ("Ведьмак", 1983).Именно так - перед первым и после последнего! В "Последнем желании" Геральт знакомится с чародейкой Йеннифер, в "Сезоне бурь" они уже разошлись, только страдают издали друг по другу. А кончается роман тем, что ведьмак отправляется расколдовывать дочку-упырицу короля Фольтеста (о чем и повествует рассказ "Ведьмак")

Что получилось? В общем-то, все то же самое. Все тот же Геральт из Ривии все так же шинкует монстров, ужасается беспринципности политиков, мучается проблемами нравственного выбора, страдает от разделенной любви, снова ужасается беспринципности, но теперь уже торгашей, шинкует монстров, спасает монстров, шинкует не-монстров, спасает не-монстров... и так на протяжении всей книги. Общего сюжета как такого нет - роман распадается на серию квестов в стиле "Попросить у кузнеца косу для косаря, чтобы тот накосил травы для коровы, чтобы та дала молока, чтобы курочка взбила масло, чтобы смазать петушку горлышко нашлись украденные ведьмачьи мечи". Едва Геральт вырывается из одного переплета, как попадает в другой - логически из предыдущего не всегда вытекающий. Как говорится, "автор постоянно держит читателя в напряжении". Во второстепенных персонажах приятно, что не всегда заранее знаешь, от кого чего ждать. С одной стороны, есть мерзавцы, и некоторые из них умеют притворяться добрыми, с другой, попадаются все-таки порядочные люди, потому и принцип "всегда жди подлянки, не ошибешься" не работает.

Резюмирую, могу сказать так: если прочитаете - ничего страшного не случится, если не прочитаете - ничего не потеряете. Выбирайте сами.

PS А вот тем, кто хочет пополнить запас польских ругательств - читать обязательно. (Эту вещь Сапковского, или какую-нибудь другую - не столь важно) Сапковский любит простоватых и грубоватых персонажей (скажем, гномы его - это вам не Торин со компанией... это скорее Швейк и его сослуживцы), и язык у них соответствующий.
В общем, достаточно прочитать один раз, чтобы убедиться, что русский мат - исконно славянское изобретение.

А уж в некой гномьей песенке любой русский сразу узнает "Мы не сеем, мы не пашем, мы валяем дурака..."


Chłopy trawy koszą       Хлопцы траву косят  (в оригинале - мужики, холопы)
Baby siano noszą         Бабы траву носят
W niebo popatrzają      В небо споглядают
Deszczu się bojają       Дождя ожидают  (в оригинале - боятся)
Na górce stoimy                       На горе стоим
Przed deszczem chronimy        От дождя храним
Chujami machamy                    Хуями махаем
Chmury rozganiamy!                Тучи разгоняем.

Даже любопытно: это Сапковский среди польского фольклора раскопал, или таки с русского перевел (русский он вполне знает)?

PPS
Кстати, оказывается, в польском есть и аналог нашей пары "жопа-попа": "dupa-pupa". Видимо, общая идея, как сделать слово менее грубым - заменить одну букву.


>>>To be continued?>>>