Чашку буйону Франсуа Вийону.

[chyyr]

Забавная вещь - когда меняли в XX веке правила транслитерации для французских слов, хотели приблизить звучание перевода к "оригиналу", сделать его "аутентичнее". Но с именами людей давно почивших вышло с точностью наоборот.

Взять того же Вийона. В современном французском языке его фамилия приблизительно так и звучит (может быть, Вийо было бы даже чуть-чуть точнее, но не станем придираться. Точнее, станем, но по другому поводу). Но вот во времена Вийона - и даже во времена куда более близкие - ее точно произносили иначе.

Вот что писали про особенности произношения того звука, который на письме обозначается -ill-, Эдуард и Жан Бурсье:

"Смягчение l̮ в словах типа palĕa [>paille] восходит к вульгарной латыни; для таких групп, как cl, gl, оно датируется предроманским периодом [période romane primitive, 2-я пол. I тыс. н.э.] Редукция l̮ в y, напротив, явление недавнее. Впервые она встречается в середине XVII, в мазаринадах [памфлетах, направленных против кардинала Мазарини] 1649 года, куда произношение cayou, fiye (вм. caillou, fille) по-видимому пришло из говоров Иль-Де-Франса. Грамматик Hindret фиксирует в 1687 формы batayon, boutèye, bouyon (вм. bataillon, bouteille, bouillon - батальон, бутыль, бульон), как свойственные "парижским мещанам" (la petite bourgeoisie de Paris). С этим произношением боролись все грамматики XVIII века, и тем не менее оно быстро распространялось: Ресто в 1745 году хоть и называет его "дурным" (vicieuse), но констатирует, что оно "столь же обычно в Париже, сколь и в провинции"; в 1788 оно кажется Бульетту "весьма обычным" даже "у людей весьма ученых, в разговорной речи". После революции оно доминировало на севере Франции. Но в центре же (кроме Прованса) все еще повсюду обнаруживалось l̮ смягченное, так же и в Лангедоке, в Гаскони, на западе, в Сентонже, и на востоке, в Швейцарии".

(Édouard et Jean Bourciez "Phonétique française : Etude historique", 1967; перевод мой)

То есть ни при жизни, ни первые двести лет после смерти Вийона Вийоном не называли. Более того, даже триста лет спустя радетели за чистоту языка велели произносить его через "л", а не через "й".

Кстати, заодно становится понятно, почему у нас батальоны едят бульон, а не батайоны - буйон. Слова были заимствованы в русский в XVIII веке, при Петре, когда именно произношение с "л" было нормативным (тех первых примеров я не нашел, но зато гугл-букс любезно выдал примеры 1767 и 1748 годов соответственно). Да и поэт вплоть до начала XX века также в основном именовался Вильоном (или Виллоном; первый Вiйонъ, мне попавшийся - 1903 года).

Comments

[egovoru.livejournal.com]

"Но с именами людей давно почивших вышло с точностью наоборот"

Почему наоборот? В 20-в веке он, надо понимать, уже и у французов стал "Вийон", а раньше и у нас его переводили как "Виллона" :)

Интереснее другое: вот доктор Уотсон у нас стал Ватсоном, а биохимик Джеймс Уотсон - так и не стал :) Вальтера Скотта - в отличие от Уолта Диснея - еще можно объяснить тем, что их популярность пришлась на периоды с разными модами на транслитерацию имен, а вот для доктора с биохимиком даже и это объяснение не годится :)

[chyyr.livejournal.com]

>Почему наоборот?

Так ведь "аутентичное" звучание - это как его звали при жизни, а не как его зовут теперь потомки его соотечественников. А то получается почти как Цицерона транслитеровать "Чичероне" вслед за современными итальянцами :)
(Впрочем, конкретно Цицерона некоторые предпочитают называть вообще Кикероном - поскольку для I века до н.э. реконструируется такое произношение, "ке" перешло в "це" позже)

> для доктора с биохимиком даже и это объяснение не годится

Почему не годится? Их однофамильцы были Ватсонами на протяжении всего XIX века - по немецкой модели; когда в конце века начали переводить Конан-Дойля, напарник Холмса тоже по инерции стал Ватсоном.

Впрочем, как раз в ту пору старая модель начала сдавать, поэтому в 1900-х Watson'ов переводили уже не только Ватсонами, но и Уатсонами, и Уотсонами. Но почему-то именно доктор оказывался основном Ватсоном, значительно реже Уатсоном (если считать выборку гугл-букса репрезентативной). Самый ранний конан-дойлевский Уотсон, которого мне удалось у них найти - вообще 1946 год.

[(Anonymous)]

Что до Уотсона - «Собаку Баскервилей» я в детстве читал в сборнике - 1957-го года судя по Фантлабу и отдельное издание - 1955-го года.
Перевод один и тот же - Волжиной.
Но в книге 1955-го года он был Ватсоном, а 1957-го года - Уотсоном.
Похоже, что в промежутке между этими изданиями и было принято написание Уотсон и старые переводы стали редактировать под него.
Хотя и в более поздних переводах попадался Ватсон - помню в рассказе сына Конан-Дойля, кажись "Восковые игроки" назывался, в "Науке и жизни" 60-х.

[riftsh.livejournal.com]

Ну так и Джордж Байрон жил в период правления Георга IV.

[egovoru.livejournal.com]

Вот-вот, но для имен монархов, кажется, вообще отдельные правила :)

[chyyr.livejournal.com]

Так короли и сами себя "официально" именовали не так, как простонародье. Взглянем на монеты того же Георга IV - там будет написано не George the 4th by God's grace, a Georgius IV Dei gratia (даже странно, что его не Георгием IV переводят:)

[egovoru.livejournal.com]

Это остатки римского наследия :)

[(Anonymous)]

Да и поэт вплоть до начала XX века также в основном именовался Вильоном (или Виллоном

И позже тоже бывало:
На улице - кепка
Да юбка-нейлон,
Да твоя песенка,
Франсуа Виллон.
Михаил Анчаров «Весенняя ночка»

[steblya-kam.livejournal.com]

Спасибо, интересно (я историю французского не так хорошо знаю, как английского, так что не помешает конкретика). Реальная жесть на самом деле творится с англо-нормандскими именами, которые вообще транслитерируют как бог на душу положит - так что у условного Жоффруа может оказаться родной племянник Джеффри, если дядей занимаются историки Франции, а племянник прожил всю жизнь при английском дворе и никому, кроме англистов, неинтересен. Это не считая такой мелочи, как фонетический архаизм англо-нормандского сравнительно с французским-французским.