Вечные лета сеньору Президенту!
Sep. 5th, 2025 01:02 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
chyyrУ кого-то наткнулся на рассуждение о цифровом бессмертии правителей. Ну и не удержался, чтобы не написать рассказик (или фельетон? что там с терминологией?) на эту тему.
5 декабря 2055 года пошел слух, что полковник Фернандо Хуан Непомусено Мария де лос Долорес Пабло Рауль Сантьяго-и-Маркес, президент Народной Республики Анчурия, верховный главнокомандующий, духовный отец Нации и хранитель Традиций, после многих десятилетий служения Народу и Господу отдал наконец свою душу на милостивый суд Божий.
- Мой племянник служит в резидении сеньора Президента, - говорила сеньора Гарсия своей соседке. - Да, на кухне. Но именно на кухне он и слышал, что уже третий день подряд сеньор Президент не просит на завтрак ничего нового. Раньше, говорит, как бывало: сегодня сеньор Президент пьет черный кофе, завтра сеньор президент желает крепкий чай; во вторник бекон, а в среду что-то постное… А теперь, говорит, третий день одно и то же…
- Третьего дня сплю я в парке у реки, - говорил сеньор Оливарес знакомым по ночлежке. - Вдруг — шум! летит! Кто? Да вертолет же. Белый такой, с красным крестом. И за реку. И садится — прям у дворца. И народ из него: один за другим, один за другим... Человек сто, не меньше. А то и двести. И все врачи — каждый второй профессор, а один и вовсе академик. И во дворец! Ну я вскочил — и ноги. Не хочу, думаю, знать, чем все это кончится. И точно: больше этого вертолета никто не видел… И профессоров не видел… А про академика говорят, что вчера от сердечного приступа из окна выбросился...
- Никто не знает, - спрашивал некто Birdwatcher в чате любителей природы, - чё за накладка? Почему веб-камера в парке Республики вместо ночи воскресенья два раза субботу показывает?.. Да плевать на цифры, я эту черноухую сову с той же самой мышью уже в субботу видел! Не иначе, в новостях что-то интересное будет.
Но в новостях ничего интересного не было. В новостях сеньор Президент встречался с министрами, давал указания офицерам и крестился перед госпожой нашей царицей небесной— обычные новости, к каким все привыкли за последние лет тридцать. И эта привычная обыденность на экране — которая могла быть снята и вчера, и год назад — только подогревала слухи.
Страна была как на гвоздях. Шестого числа в городке Санта-Хуанита двоих бравых молодцов Гвардии Народной Надежды окунули в нужник, и запись этого возмутительного события стала рекордсменом по просмотрам. Седьмого числа по причине плановых профилактических работ отключили интернет. Столица намертво застряла в пробках и очередях. Люди толпились в дверях учреждений, куда раньше приходили по сети, и шепотом делились последними сплетнями: о тайных похоронах (если все слухи были правдивы, то известное лицо похоронили на половине кладбищ страны), о волнениях на границе («у моего кузена спутниковый интернет, а в Санта-Марии колумбийская сотовая связь работает, так что он видел это видео своими глазами»), о беспорядках по всей стране. Телевизор крутил добрые комедии и интервью с сеньором Президентом о планах развития военно-морского космофлота страны на ближайшие годы.
Все переломило девятое декабря.
В 11:30 на всех телевизионных каналах появилось сообщение о внеплановом обращении сеньора Президента к народу. В 11:45 включился интернет, и аналогичное сообщение пришло на каждый смартфон в стране. Ровно в полдень зазвучал гимн, и на экранах возникло знакомое всем лицо с добрыми, усталыми глазами. Справа от сеньора Президента стоял адмирал Хосе-Игнасио Гомес, командующий военно-морским космофлотом, а слева — генерал Хосе-Аркадио Огилви, командир Гвардии Народной Надежды.
Голос сеньора Президента был негромким и спокойным. Президент сообщил о легком недомогании, которое приключилось с ним в ночь со второго на третье декабря. Рассказал о любящих родных и близких, чья избыточная тревога о его здоровье породила нездоровые слухи («простите невольный каламбур»). Заклеймил вражеских агентов, которые, желая зла самой передовой стране западного полушария, начали расчкачивать лодку, в тщетной надежде ее опрокинуть. Поблагодарил своих верных соратников: адмирала Гомеса и генерала Огилви — и заверил, что краткий период смуты закончен, и страна снова пойдет к счастью и величию тем же надежным путем, каким шла все последние десятилетия.
Выступление сеньора Президента подействовало на ситуацию в стране. На улицах снова появились бравые парни из Гвардии Народной Надежды. Не без их участия начали исчезать особо отпетые негодяи, которые имели наглось распространять нездоровые слухи. Некоторые из них потом появлялись на телевидении, чтобы прилюдно покаяться. Некоторые исчезали с концами. Среди отпетых негодяев неожиданно оказался министр связи, сеньор Пудибунда, по приказу своих хозяев из Соединенных Штатов отключивший в стране интернет с целью дестабилизировать обстановку. Вслед за этим покончил с жизнью командир сухопутных войск генерал Кастельяно — он и его семья, как оказалось, вступили в деструктивную секту, и в страхе перед близким концом света предали себя огню, вместе с поместьем. Обо всем этом сообщил сам сеньор Президент — статный, высокий, в траурном костюме, искренне опечаленный предательством своих старых товарищей.
На Рождество сеньор Президент выступил с традиционным поздравлением. Был он не один: слева все так же стоял генерал Огилви, а справа — министр экономики профессор Хорхе Луис Кобрандо. Трое государственных мужей красочно расписали, как наладилась жизнь после недавней «кратковременной несуразицы», и еще красочнее описали перспективы развития страны, как в экономической, так и в военной сфере, и заверили, что все враги страны, как внешние, так и внутрение, трепещут, пораженные несгибаемой волей народа Анчурии.
В тот же день на всех шоссе, ведущих из столицы, были выставлены блок-посты. Гвардейцы Народной Надежды обыскивали каждую машину, покидающую город. Говорили, что над заливом сбили военный вертолет — позднее, сеньор Президент лично подтвердил это, пояснив, что это был вертолет аргентинских ВМС, нарушивший воздушное пространство страны, за что и поплатился. «И так будет с каждым интервентом!» - подытожил сеньор Президент, кладя руку на плечо верного генерала Огилви.
Два дня спустя поползли слухи о военных столкновениях вблизи мексиканской границы. Днем позже недобитые агенты Соединенных Штатов снова отключили в столице интернет — и несмотря на «героические усилия патриотических специалистов», как сказал сеньор Президент, связь никак не удавалось восстановить. В тот же день сеньор Президент объявил, что «империалистические страны решили нанести информационно-энергетический удар по жителям страны, используя устройства спутниковой связи», в связи с чем каждый, кто не хочет, чтобы его мозги в буквальном смысле вскипели, обязан сдать свое устройство спутниковой связи Гвардии Народной Надежды. После президентской речи было интервью с очень взволнованным профессором Пересом. Ежеминутно утирая пот со лба, он объяснял, что описанный сеньором Президентом акт террора не только возможен с физической точки зрения, но и укладывается в modus operandi империалистических стран, «чему доказательством служат взрывающиеся пейджеры 2020-х».
Днем позже по столице пошли слухи (по-видимому, от тех обладателей спутниковой связи, кто не внял голосам Власти и Науки), что в Мексике, на рейде города Вера-Круз, объявился адмирал Гомес со всеми тремя фрегатами военно-морского космофлота, что он выступил с пресс-коференцией, в которой клеймил «преступную клику Огилви-Кобрандо», и что будто бы он закончил свое выступление словами «Сеньор президент с нами! Сеньор Президент с восставшим народом! Победа будет за истинными патриотами Анчурии!»
Никогда ответ сеньора Президента не был так скор. Тем же вечером он возник на всех экранах страны — в своем полковничьем мундире, пылающий праведным гневом — и проклял «неблагодарную и лживую суку Гомеса, предавшего святую католическую Родину».
Казалось, ложь бывшего адмирала (он тут же был разжалован в рядовые матросы, лишен всех наград и заочно сослан на каторжные работы в сельву) была разоблачена раз и навсегда. Но 31 декабря случилось невероятное.
В 23:55 как обычно телеканалах страны началось новогоднее обращение сеньора Президента. Но если на большинстве каналов сеньор Президент благодарил верных своих соратников Огилви и Кобрандо, то на третьем канале он некоторое время молчал, потом откашлялся, поправил седую шевелюру и произнес такую речь:
- С печалью в сердце извещаю я вас, верные мои анчурийцы, что случилось ужасное. Преступники Огилви и Кобрандо захватили власть в стране. Вместо меня они показывают по телевизору цифровое чучело. Сам я чудом сбежал из столицы. Вертолет военно-морского космофлота, на котором летела моя семья, был сбит боевиками Огилви. На подводной лодке вместе с адмиралом Гомесом я достиг западных пределов страны, где и живу сейчас среди истинных патриотов. Слава Анчурии! Смерть узурпаторам!
Передача была прервана уже в 23:57 – но сеньор Президент успел сказать все, и многие его услышали. День правительство сомневалось — опровергать сказанное, или сделать вид, что ничего не было. Наконец, первого числа, по всем каналам (кроме третьего, который так больше и не включился) прошло обращение, смысл которого сводился к «сам ты чучело цифровое».
Ответом была высадка десанта в западных провинциях. Местный гарнизон сдался без боя. На снятых местными жителями видео было видно, как с одного из трех фрегатов по трапу сходят адмирал Гомес, а рядом с ним — высокий человек в полковничьей форме, фуражкой прикрывающий лицо от яркого тропического солнца. Толпа приветствовала его криками «Viva el señor Presidente!».
- Это актер! - заявил сеньор Президент на первом канале. За спиной у него скорбно качал головой в знак согласия одинокий генерал Огилви.
«Кобрандо сбежал!» - сделали вывод одни. «Не сбежал, расстреляли!» - сказали другие. «Кобрандо присоединился к настоящему президенту!» - «Сбежал в Ниццу со всей казной!» - «Лежит на дне залива!»
«Дабы пресечь лживые слухи, сегодня в 21:00 состоится внеочередное обращение духовного отца Нации и хранителя Традиций президента Республики Фернандо Хуана Непомусено Марии де лос Долорес Пабло Рауля Сантьяго-и-Маркеса!» - сообщили все каналы телевидения.
В назначенный срок на экране возник сеньор Президент — в своей полковничьем френче, с орденом почета на груди. По правую руку от него сидел генерал Огилви. Кресло по левую руку было пусто.
Благородное лицо сеньора Президента было полно мудрой грусти. Он посмотрел в камеру — так отец смотрит на неразумных детей — и произнес с едва заметным упреком:
-Дорогие мои дети. Дорогой мой народ Анчурии. Меня печалят слухи, о якобы имевшем место конфликте между мною и моим верным соратником, министром экономики, доктором наук, профессором Хорхе Луисом Кобрандо. Еще больше меня печалит, что некоторые из вас поверили этим слухам — слухам, столь очевидно распускаемым врагами нашей прекрасной Отчизны. Чтобы раз и навсегда опровергнуть их, я приглашаю в зал профессора Кобрандо — чтобы вы сами убедились: наша дружба крепка, как никогда.
Сеньор Президент привстал с кресла, повернулся налево и сделал приглашающий жест.
В кадр вошел еще один сеньор Президент. Он был в своем полковничьем френче, с орденом почета на груди. Лицо его было полно мудрой грусти. Оба сеньора Президента пожали друг другу руки и опустились каждый в свое кресло.
-Теперь вы сами видите, - сказал первый сеньор Президент, - мы с профессором Кобрандо…
Договорить он не успел, потому что экраны всех телевизоров внезапно погасли.
Тем же вечером частный самолет, принадлежавший руководителю известной иностранной IT компании, вылетел из столичного аэропорта в неизвестном направлении. Говорили, что возле здания телецентра была стрельба — кто-то прорывался изнутри, сквозь кордоны Гвардии Народной Надежды. Обладатели спутниковой связи рассказывали о совместной пресс-коференции адмирала Гомеса и настоящего сеньора Президента, начинавшейся словами «Теперь, когда маски сброшены, вы убедились, что я говорил правду: я — настоящий Фернандо Сантьяго-и-Маркес, а Огилви дурачил вас цифровым чучелом». К утру пришли новости о том, что силам адмирала Гомеса сдались гарнизоны еще двух западных городов.
Всю следующую неделю адмирал Гомес упорно шел на восток. Тут и там вспыхивали восстания. Гвардия Народной Надежды стягивала в столицу военную технику и строила укрепления вокруг президентской резиденции.
На восьмой день включился интернет в южных провинциях, и по сети покатилось новое видео. На этом видео сеньор Президент в одежде гаучо, со свежеотпущенными густыми седыми усами восседал верхом на коне. За плечами сеньора Президента расстилалась бескрайняя пампа южных провинций.
- Приветствую тебя, мой добрый трудовой народ, - сказал сеньор Президент. - Преступная клика Огилви-Кобрандо разоблачила себя. Но Гомес, продавшийся империалистам, и его цифровой самозванец еще угрожают независимости нашей прекрасной Родины. Угрожают ей и капиталисты, которым я столь наивно позволял жировать все эти десятилетия. Пора положить конец правлению богачей! Восстань, человек труда! Свергни трутней и паразитов! Фабрики рабочим! Землю крестьянам!
05 сентября 2025 г.
Вечные лета сеньору Президенту!
5 декабря 2055 года пошел слух, что полковник Фернандо Хуан Непомусено Мария де лос Долорес Пабло Рауль Сантьяго-и-Маркес, президент Народной Республики Анчурия, верховный главнокомандующий, духовный отец Нации и хранитель Традиций, после многих десятилетий служения Народу и Господу отдал наконец свою душу на милостивый суд Божий.
- Мой племянник служит в резидении сеньора Президента, - говорила сеньора Гарсия своей соседке. - Да, на кухне. Но именно на кухне он и слышал, что уже третий день подряд сеньор Президент не просит на завтрак ничего нового. Раньше, говорит, как бывало: сегодня сеньор Президент пьет черный кофе, завтра сеньор президент желает крепкий чай; во вторник бекон, а в среду что-то постное… А теперь, говорит, третий день одно и то же…
- Третьего дня сплю я в парке у реки, - говорил сеньор Оливарес знакомым по ночлежке. - Вдруг — шум! летит! Кто? Да вертолет же. Белый такой, с красным крестом. И за реку. И садится — прям у дворца. И народ из него: один за другим, один за другим... Человек сто, не меньше. А то и двести. И все врачи — каждый второй профессор, а один и вовсе академик. И во дворец! Ну я вскочил — и ноги. Не хочу, думаю, знать, чем все это кончится. И точно: больше этого вертолета никто не видел… И профессоров не видел… А про академика говорят, что вчера от сердечного приступа из окна выбросился...
- Никто не знает, - спрашивал некто Birdwatcher в чате любителей природы, - чё за накладка? Почему веб-камера в парке Республики вместо ночи воскресенья два раза субботу показывает?.. Да плевать на цифры, я эту черноухую сову с той же самой мышью уже в субботу видел! Не иначе, в новостях что-то интересное будет.
Но в новостях ничего интересного не было. В новостях сеньор Президент встречался с министрами, давал указания офицерам и крестился перед госпожой нашей царицей небесной— обычные новости, к каким все привыкли за последние лет тридцать. И эта привычная обыденность на экране — которая могла быть снята и вчера, и год назад — только подогревала слухи.
Страна была как на гвоздях. Шестого числа в городке Санта-Хуанита двоих бравых молодцов Гвардии Народной Надежды окунули в нужник, и запись этого возмутительного события стала рекордсменом по просмотрам. Седьмого числа по причине плановых профилактических работ отключили интернет. Столица намертво застряла в пробках и очередях. Люди толпились в дверях учреждений, куда раньше приходили по сети, и шепотом делились последними сплетнями: о тайных похоронах (если все слухи были правдивы, то известное лицо похоронили на половине кладбищ страны), о волнениях на границе («у моего кузена спутниковый интернет, а в Санта-Марии колумбийская сотовая связь работает, так что он видел это видео своими глазами»), о беспорядках по всей стране. Телевизор крутил добрые комедии и интервью с сеньором Президентом о планах развития военно-морского космофлота страны на ближайшие годы.
Все переломило девятое декабря.
В 11:30 на всех телевизионных каналах появилось сообщение о внеплановом обращении сеньора Президента к народу. В 11:45 включился интернет, и аналогичное сообщение пришло на каждый смартфон в стране. Ровно в полдень зазвучал гимн, и на экранах возникло знакомое всем лицо с добрыми, усталыми глазами. Справа от сеньора Президента стоял адмирал Хосе-Игнасио Гомес, командующий военно-морским космофлотом, а слева — генерал Хосе-Аркадио Огилви, командир Гвардии Народной Надежды.
Голос сеньора Президента был негромким и спокойным. Президент сообщил о легком недомогании, которое приключилось с ним в ночь со второго на третье декабря. Рассказал о любящих родных и близких, чья избыточная тревога о его здоровье породила нездоровые слухи («простите невольный каламбур»). Заклеймил вражеских агентов, которые, желая зла самой передовой стране западного полушария, начали расчкачивать лодку, в тщетной надежде ее опрокинуть. Поблагодарил своих верных соратников: адмирала Гомеса и генерала Огилви — и заверил, что краткий период смуты закончен, и страна снова пойдет к счастью и величию тем же надежным путем, каким шла все последние десятилетия.
Выступление сеньора Президента подействовало на ситуацию в стране. На улицах снова появились бравые парни из Гвардии Народной Надежды. Не без их участия начали исчезать особо отпетые негодяи, которые имели наглось распространять нездоровые слухи. Некоторые из них потом появлялись на телевидении, чтобы прилюдно покаяться. Некоторые исчезали с концами. Среди отпетых негодяев неожиданно оказался министр связи, сеньор Пудибунда, по приказу своих хозяев из Соединенных Штатов отключивший в стране интернет с целью дестабилизировать обстановку. Вслед за этим покончил с жизнью командир сухопутных войск генерал Кастельяно — он и его семья, как оказалось, вступили в деструктивную секту, и в страхе перед близким концом света предали себя огню, вместе с поместьем. Обо всем этом сообщил сам сеньор Президент — статный, высокий, в траурном костюме, искренне опечаленный предательством своих старых товарищей.
На Рождество сеньор Президент выступил с традиционным поздравлением. Был он не один: слева все так же стоял генерал Огилви, а справа — министр экономики профессор Хорхе Луис Кобрандо. Трое государственных мужей красочно расписали, как наладилась жизнь после недавней «кратковременной несуразицы», и еще красочнее описали перспективы развития страны, как в экономической, так и в военной сфере, и заверили, что все враги страны, как внешние, так и внутрение, трепещут, пораженные несгибаемой волей народа Анчурии.
В тот же день на всех шоссе, ведущих из столицы, были выставлены блок-посты. Гвардейцы Народной Надежды обыскивали каждую машину, покидающую город. Говорили, что над заливом сбили военный вертолет — позднее, сеньор Президент лично подтвердил это, пояснив, что это был вертолет аргентинских ВМС, нарушивший воздушное пространство страны, за что и поплатился. «И так будет с каждым интервентом!» - подытожил сеньор Президент, кладя руку на плечо верного генерала Огилви.
Два дня спустя поползли слухи о военных столкновениях вблизи мексиканской границы. Днем позже недобитые агенты Соединенных Штатов снова отключили в столице интернет — и несмотря на «героические усилия патриотических специалистов», как сказал сеньор Президент, связь никак не удавалось восстановить. В тот же день сеньор Президент объявил, что «империалистические страны решили нанести информационно-энергетический удар по жителям страны, используя устройства спутниковой связи», в связи с чем каждый, кто не хочет, чтобы его мозги в буквальном смысле вскипели, обязан сдать свое устройство спутниковой связи Гвардии Народной Надежды. После президентской речи было интервью с очень взволнованным профессором Пересом. Ежеминутно утирая пот со лба, он объяснял, что описанный сеньором Президентом акт террора не только возможен с физической точки зрения, но и укладывается в modus operandi империалистических стран, «чему доказательством служат взрывающиеся пейджеры 2020-х».
Днем позже по столице пошли слухи (по-видимому, от тех обладателей спутниковой связи, кто не внял голосам Власти и Науки), что в Мексике, на рейде города Вера-Круз, объявился адмирал Гомес со всеми тремя фрегатами военно-морского космофлота, что он выступил с пресс-коференцией, в которой клеймил «преступную клику Огилви-Кобрандо», и что будто бы он закончил свое выступление словами «Сеньор президент с нами! Сеньор Президент с восставшим народом! Победа будет за истинными патриотами Анчурии!»
Никогда ответ сеньора Президента не был так скор. Тем же вечером он возник на всех экранах страны — в своем полковничьем мундире, пылающий праведным гневом — и проклял «неблагодарную и лживую суку Гомеса, предавшего святую католическую Родину».
Казалось, ложь бывшего адмирала (он тут же был разжалован в рядовые матросы, лишен всех наград и заочно сослан на каторжные работы в сельву) была разоблачена раз и навсегда. Но 31 декабря случилось невероятное.
В 23:55 как обычно телеканалах страны началось новогоднее обращение сеньора Президента. Но если на большинстве каналов сеньор Президент благодарил верных своих соратников Огилви и Кобрандо, то на третьем канале он некоторое время молчал, потом откашлялся, поправил седую шевелюру и произнес такую речь:
- С печалью в сердце извещаю я вас, верные мои анчурийцы, что случилось ужасное. Преступники Огилви и Кобрандо захватили власть в стране. Вместо меня они показывают по телевизору цифровое чучело. Сам я чудом сбежал из столицы. Вертолет военно-морского космофлота, на котором летела моя семья, был сбит боевиками Огилви. На подводной лодке вместе с адмиралом Гомесом я достиг западных пределов страны, где и живу сейчас среди истинных патриотов. Слава Анчурии! Смерть узурпаторам!
Передача была прервана уже в 23:57 – но сеньор Президент успел сказать все, и многие его услышали. День правительство сомневалось — опровергать сказанное, или сделать вид, что ничего не было. Наконец, первого числа, по всем каналам (кроме третьего, который так больше и не включился) прошло обращение, смысл которого сводился к «сам ты чучело цифровое».
Ответом была высадка десанта в западных провинциях. Местный гарнизон сдался без боя. На снятых местными жителями видео было видно, как с одного из трех фрегатов по трапу сходят адмирал Гомес, а рядом с ним — высокий человек в полковничьей форме, фуражкой прикрывающий лицо от яркого тропического солнца. Толпа приветствовала его криками «Viva el señor Presidente!».
- Это актер! - заявил сеньор Президент на первом канале. За спиной у него скорбно качал головой в знак согласия одинокий генерал Огилви.
«Кобрандо сбежал!» - сделали вывод одни. «Не сбежал, расстреляли!» - сказали другие. «Кобрандо присоединился к настоящему президенту!» - «Сбежал в Ниццу со всей казной!» - «Лежит на дне залива!»
«Дабы пресечь лживые слухи, сегодня в 21:00 состоится внеочередное обращение духовного отца Нации и хранителя Традиций президента Республики Фернандо Хуана Непомусено Марии де лос Долорес Пабло Рауля Сантьяго-и-Маркеса!» - сообщили все каналы телевидения.
В назначенный срок на экране возник сеньор Президент — в своей полковничьем френче, с орденом почета на груди. По правую руку от него сидел генерал Огилви. Кресло по левую руку было пусто.
Благородное лицо сеньора Президента было полно мудрой грусти. Он посмотрел в камеру — так отец смотрит на неразумных детей — и произнес с едва заметным упреком:
-Дорогие мои дети. Дорогой мой народ Анчурии. Меня печалят слухи, о якобы имевшем место конфликте между мною и моим верным соратником, министром экономики, доктором наук, профессором Хорхе Луисом Кобрандо. Еще больше меня печалит, что некоторые из вас поверили этим слухам — слухам, столь очевидно распускаемым врагами нашей прекрасной Отчизны. Чтобы раз и навсегда опровергнуть их, я приглашаю в зал профессора Кобрандо — чтобы вы сами убедились: наша дружба крепка, как никогда.
Сеньор Президент привстал с кресла, повернулся налево и сделал приглашающий жест.
В кадр вошел еще один сеньор Президент. Он был в своем полковничьем френче, с орденом почета на груди. Лицо его было полно мудрой грусти. Оба сеньора Президента пожали друг другу руки и опустились каждый в свое кресло.
-Теперь вы сами видите, - сказал первый сеньор Президент, - мы с профессором Кобрандо…
Договорить он не успел, потому что экраны всех телевизоров внезапно погасли.
Тем же вечером частный самолет, принадлежавший руководителю известной иностранной IT компании, вылетел из столичного аэропорта в неизвестном направлении. Говорили, что возле здания телецентра была стрельба — кто-то прорывался изнутри, сквозь кордоны Гвардии Народной Надежды. Обладатели спутниковой связи рассказывали о совместной пресс-коференции адмирала Гомеса и настоящего сеньора Президента, начинавшейся словами «Теперь, когда маски сброшены, вы убедились, что я говорил правду: я — настоящий Фернандо Сантьяго-и-Маркес, а Огилви дурачил вас цифровым чучелом». К утру пришли новости о том, что силам адмирала Гомеса сдались гарнизоны еще двух западных городов.
Всю следующую неделю адмирал Гомес упорно шел на восток. Тут и там вспыхивали восстания. Гвардия Народной Надежды стягивала в столицу военную технику и строила укрепления вокруг президентской резиденции.
На восьмой день включился интернет в южных провинциях, и по сети покатилось новое видео. На этом видео сеньор Президент в одежде гаучо, со свежеотпущенными густыми седыми усами восседал верхом на коне. За плечами сеньора Президента расстилалась бескрайняя пампа южных провинций.
- Приветствую тебя, мой добрый трудовой народ, - сказал сеньор Президент. - Преступная клика Огилви-Кобрандо разоблачила себя. Но Гомес, продавшийся империалистам, и его цифровой самозванец еще угрожают независимости нашей прекрасной Родины. Угрожают ей и капиталисты, которым я столь наивно позволял жировать все эти десятилетия. Пора положить конец правлению богачей! Восстань, человек труда! Свергни трутней и паразитов! Фабрики рабочим! Землю крестьянам!
05 сентября 2025 г.
