Zeit zu leben und Zeit zu sterben.

Недавно перечитал "Время жить и время умирать" Ремарка.

Немного непривычно смотреть на войну с той, другой стороны. И видеть - людей. Может, преступников. Может, вольных или невольных соучастников. Но - людей. Таких же, как мы. ( _ )

PS
- Этого нельзя простить, никогда, - сказал кто-то позади Гребера.
Он обернулся. Женщина в красивой кокетливой шляпке, не отрываясь, смотрела на детей.
- Никогда! - повторила она. - Никогда! Ни на этом свете, ни на том.
Подошел патруль.
- Разойдись! Не задерживайся! А ну, разойдись! Марш!
Гребер пошел дальше. Чего нельзя простить? - размышлял он. После этой войны так бесконечно много надо будет прощать и нельзя будет простить! На это не хватит целой жизни. Он видел немало убитых детей, больше, чем здесь, - он видел их повсюду: во Франции, в Голландии, в Польше, в Африке, в России, и у всех этих детей, не только у немецких, были матери, которые их оплакивали.

PPS. Сестра моего прадеда, Ивана Егоровича Казокина, вышла замуж за немца.

У них было четверо сыновей, которые к началу войны уже достигли призывного возраста...

( PPPS )